24/7

Собственность бывшего СССР

17 марта : ru 1 20 марта : ru 1 22 марта : ru 1 всего: 410.11.06

Принятие Закона Украины «О международном частном праве» 23.06.2005 всколыхнуло интерес к вопросам международного частного права.

Отдельный интерес представляют вопросы регулирования нормами международных договоров отношений собственности на объекты социальной сферы бывшего СССР.

Как известно, практически все объекты социальной сферы, составляющие ныне санаторно-курортный фонд, принадлежали государству в лице как министерств и ведомств, так и государственных предприятий, а также всесоюзным и республиканским общественным организациям.

После распада СССР возник ряд вопросов по разграничению прав собственности на эти объекты между бывшими союзными республиками.

Эти вопросы новообразованные на территории бывшего союза ССР государства попытались урегулировать на уровне международных договоров (соглашений). При этом в основу разделения прав собственности был положен принцип сохранения собственности на объекты социальной сферы, расположенные ранее на территории другой союзной республики, именно за государствами, а не за предприятиями и другими субъектами права собственности.

По нашему мнению, такой принцип противоречит основополагающим принципам права собственности, определенным еще основами гражданского законодательства СССР, и нормами гражданских кодексов союзных республик, в частности УССР.

При указанном подходе предприятие, бывшее государственным, но обладающее всеми признаками юридического лица, в том числе имущественной обособленностью, не могло являться субъектом права собственности на объект социальной сферы, созданный за счет и силами этого предприятия.

Господствующее положение государственной формы собственности в бывшем СССР общепризнано, причем собственность самого Союза имела огромные масштабы. Когда в 1991 г. суверенные государства-участники бывшего Союза Советских Социалистических Республик заключили Беловежские соглашения и констатировали прекращение СССР, в основу разделения собственности Союза был положен территориальный принцип. Исключение составили внешние долги СССР, собственность СССР, находящаяся за его пределами, и заграничные инвестиции СССР, а также золотовалютные фонды и резервы СССР и алмазный фонд.

Предметом рассмотрения в настоящей статье является правовой статус единого имущественного комплекса как объекта права собственности, в состав которого входят разнородные права как вещного, так и обязательственного характера, который являлся собственностью бывшего СССР, находится в Украине, представляет собой объект социальной сферы и принадлежит юридическому лицу другого независимого государства.

Ст. 1 Закона Украины «О предприятиях, учреждениях и организациях союзного подчинения, расположенных на территории Украины» от 10.09.1991 говорит о том, что имущество предприятий, учреждений, организаций и иных объектов союзного подчинения, находящихся на территории Украины, является государственной собственностью Украины. В соответствии со ст. 2 упомянутого Закона эти объекты должны быть переданы Фонду государственного имущества Украины до 1 декабря 1991 года. Таким образом, единые имущественные комплексы предприятий союзного подчинения, находящихся на территории Украины, на 1 декабря 1991 года должны были перейти в государственную собственность Украины и поступить в ведение Фонда государственного имущества Украины.

Действие ст. 2 Закона «О предприятиях, учреждениях и организациях союзного подчинения, расположенных на территории Украины» было приостановлено в соответствии с п. 2 ст. 7 Декрета Кабинета Министров Украины «Об управлении имуществом, находящимся в общегосударственной собственности» от 15.12.1992 в части полномочий Фонда государственного имущества Украины, кроме его полномочий как арендодателя.

15 января 1993 года в Москве между Украиной и Российской Федерацией было заключено двустороннее соглашение о взаимном признании прав и регулировании отношений собственности. Ч. 1 ст. 4 этого Соглашения предусматривает, что Украина и Российская Федерация взаимно признают, что объекты социальной сферы, которые находятся на их территории (или соответствующие доли участия в этих объектах) - санатории, санатории-профилактории, дома и базы отдыха, пансионаты, отели и кемпинги, туристические базы, детские оздоровительные учреждения, строительство которых осуществлялось за счет средств бюджета другой Стороны, а также средств предприятий и организаций республиканского и бывшего союзного подчинения, расположенных на территории другой Стороны, является собственностью этой Стороны. Вместе с тем, ст. 14 упомянутого Соглашения предусматривает, что Стороны признают, что их юридические и физические лица, которые осуществляют инвестиции, рассматриваются на территории другой Стороны как иностранные инвесторы. Их деятельность на территории каждой из Сторон осуществляется в соответствии с ее законодательством об иностранных инвестициях и международными соглашениями, в которых принимают участие Стороны.

n

Естественно, имущество предприятия, которое было юридическим лицом, зарегистрированным в другой союзной республике бывшего СССР, было передано в государственную собственность соответствующего независимого государства, например Российской Федерации. В имущественный комплекс такого предприятия могли входить целостные имущественные комплексы объектов социальной сферы, которые оказались на территории Украины. Разумеется, имущественный комплекс такого объекта социальной сферы был недвижимой вещью, на которую распространялось право собственности Российской Федерации в 1991 году. С течением времени имущественный комплекс предприятия, зарегистрированного в Российской Федерации, мог быть приватизирован. Имущественный комплекс объекта социальной сферы мог войти в состав имущественного комплекса нового предприятия, возникшего в результате преобразования в процессе приватизации, и затем инвестироваться за его счет. Упомянутое Соглашение между Украиной и Российской Федерацией от 15.01.1993 в ч.1 ст. 4 как раз и предусмотрело такой состав, порождающий право Украины обратить в свою собственность имущественный комплекс объекта социальной сферы, который строился за счет средств предприятия союзного подчинения. Сомнительным является только право Фонда государственного имущества Украины распорядиться таким объектом социальной сферы каким-либо иным образом, кроме сдачи его в аренду, поскольку такой объект подпадает под признаки, описанные в ст. 1 Закона Украины «О предприятиях, учреждениях и организациях союзного подчинения, расположенных на территории Украины» от 10.09.1991, а именно: его можно отнести к категории иных объектов союзного подчинения, находящихся на территории Украины, а специальные ограничения, наложенные Декретом Кабинета Министров Украины «Об управлении имуществом, находящимся в общегосударственной собственности» от 15.12.1992 на полномочия Фонда государственного имущества Украины в отношении таких объектов, до настоящего времени не отменены. Тем не менее, Фонд государственного имущества Украины на основании Временного положения о Фонде государственного имущества Украины, утвержденного Постановлением Верховного Совета Украины от 07.07.1992 № 2558-XII, и поручения Кабинета Министров Украины от 03.01.2002 № 15549/96 о создании хозяйственных обществ на базе имущества санаторно-курортных и оздоровительных учреждений, расположенных на территории Автономной Республики Крым, строительство которых велось предприятиями бывшего союзного подчинения, принимает приказ об участии Фонда государственного имущества Украины в закрытом акционерном обществе «Пансионат «Н». Фонд государственного имущества Украины вносит в уставный капитал Закрытого акционерного общества здания и сооружения пансионата, принадлежавшего акционерному обществу, находящемуся в г. Москве, за что получает акции на сумму, которая составляет 49 % уставного капитала. Работники московского акционерного общества насильно выдворяются с территории пансионата, и пансионат поступает под управление вновь созданного ЗАО.

Естественно, московское акционерное общество заявляет иск о признании приказа Фонда госимущества недействительным, признании права собственности на единый имущественный комплекс пансионата и истребовании его из незаконного владения ЗАО. В дело вступает также третье лицо, заявляющее самостоятельное требование на предмет спора, - Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом Российской Федерации.

Суд первой инстанции убеждается в том, что, действительно, московское акционерное общество – истец по делу является собственником спорного объекта, но неправильно истолковывает ч. 1 ст. 4 Соглашения от 15.01.1993. Суд приходит к выводу, что данное нормативное правовое положение имеет специальный характер в том смысле, что объект социальной сферы, который находится на территории Украины, признается собственностью Российской Федерации, если его строительство осуществлялось за счет средств бюджета Российской Федерации, средств предприятий и организаций республиканского и бывшего союзного подчинения, расположенных на территории Российской Федерации. Однако, в этом случае исследуемое нормативное положение не имело бы никакого специального характера и не выходило бы за рамки изначальных межгосударственных договоренностей 1991 года. К тому же, в этом случае суд должен был бы удовлетворить требование не истца, а лица, заявившего самостоятельные требования на предмет спора – Федерального агентства по управлению федеральным имуществом Российской Федерации. Суд же удовлетворяет требования истца: признает за ним право собственности на имущественный комплекс пансионата и обязывает ЗАО вернуть этот имущественный комплекс московскому акционерному обществу. Приказ фонда государственного имущества Украины признается недействительным.

ЗАО, Фонд госимущества Украины и Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом Российской Федерации не согласились с таким решение суда и обжаловали его в апелляционном порядке.

Достаточно курьезным было утверждение ЗАО о том, что данный спор вообще не подлежит разрешению в судебном порядке. ЗАО также утверждало, что Соглашение между Украиной и Российской Федерацией от 15.01.1993 не вступило в силу, поскольку не заметило что суд неправильно истолковал его положения, которые на самом деле работают в пользу правовой позиции Фонда госимущества Украины, которая отнюдь не противоречит интересам ЗАО.

Апелляционный суд обратил внимание на то, что в соответствии с подпунктом (b) п. 1 ст. 25 Венской конвенции о праве международных договоров, совершенной 23.05.1969, договор или его часть применяется временно до вступления его в силу, если государства, принимавшие участие в переговорах, договорились об этом. Договоренность о временном применении Соглашения от 15.01.1993 достигнута путем обмена нотами МИД Российской Федерации от 24.11.1993 и МИД Украины от 11.01.1994. Таким образом, Соглашение от 15 января 1993 года между Украиной и Российской Федерацией о взаимном признании прав и регулировании отношений собственности было применено правильно судом апелляционной инстанции. Суд обратил внимание на Порядок проведения работ с документами по признанию прав собственности Российской Федерации на объекты, расположенные на территории Украины, и прав собственности Украины на объекты, расположенные на территории Российской Федерации от 04.10.1994, утвержденный Протоколом рабочей встречи представителей Госкомимущества, правопреемником которого является Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом Российской Федерации, и Фонда государственного имущества Украины. Исходя из этого Порядка, положение ч. 1 ст. 4 Соглашения от 15.01.1993 является только презумпцией, которая может быть и опровергнута согласованным решением Сторон, оформленным совместным Протоколом. Вместе с тем, суд не обратил внимание на возможные правовые дефекты приказа Фонда госимущества Украины, которые могли бы составить правовое основание для того чтобы согласиться с решением суда первой инстанции о признании этого приказа недействительным. Решение суда первой инстанции было отменено полностью.

Представляется, что ресурсы правовой позиции истца не являются исчерпанными. Решение апелляционного суда обжаловано в кассационном порядке.

Ничто не мешает рассматривать предприятие Российской Федерации как иностранного инвестора, на деятельность которого распространяется действие Закона Украины «О режиме иностранного инвестирования» от 19.03.1996. Однако, в соответствии с ч. 2 ст. 13 упомянутого Закона незарегистрированные иностранные инвестиции не дают права на получение льгот и гарантий, предусмотренных Законом.

В случае принятия закона, прекращающего право собственности на определенное имущество, вред, причиненный собственнику такого имущества подлежит возмещению государством в полном размере (ст. 1170 Гражданского кодекса Украины). В сочетании с ч. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Украины (аналогия закона) можно утверждать, что предприятию Российской Федерации решением государства причинен ущерб, который должен быть возмещен за счет государства Украины. n

Кроме того, учитывая возникшие трудности с защитой интересов собственника объекта социальной сферы в судебном порядке, истец не ограничился исключительно судебным способом защиты нарушенных прав, а принял меры к урегулированию существующего спора в рамках Соглашения о взаимном признании прав и регулировании отношений собственности, представив в установленном Соглашением порядке пакет документов на признание права собственности.

В настоящий момент пакет документов представлен российской стороной Фонду государственного имущества Украины, и стороны имеют возможность разрешить имущественный спор путем подписания протокола об отнесении спорного объекта к собственности Российской Федерации.

Основной проблемой при определении прав собственности на отдельные объекты социальной сферы путем включения их в соответствующие протоколы является возможность влияния на принимаемые решения экономических факторов, в частности имущественных интересов того или иного государства. Это выражается в стремлении сторон не допустить имущественного неравенства при определении перечня объектов, в частности, нежелании одной из сторон отдавать большее количество объектов, чем отдает оппонент.

Из-за действия упомянутого фактора возможен ущерб правовой позиции, и нивелирование требований законов и международных договоров, в угоду конкретным экономическим интересам одной из сторон.

Поэтому считаем неудобным и таким, который приводит к сужению возможностей защиты интересов сторон, путь, лишающий сторону или заинтересованное лицо права обращения за судебной защитой в суд государства, на территории которого находится спорный объект.

Таким образом, в процессе разрешения споров, связанных с определением прав собственности на объекты социальной сферы бывшего СССР, поднимается ряд вопросов, актуальных для других аспектов разрешения подобных споров с участием государства, и закладывающих предпосылки для определения объема прав государства Украины и других государств на судебную защиту их интересов.

Автор: Вячеслав Лебедев